На самом деле их было две. Одна из них, прозрачная, как ледышка, казалась не больше хрустальной рюмки. Туфелька, лежавшая на правой ладони принца, имела высокий и тонкий каблучок, не длиннее указательного пальца его высочества, и пуговку, напоминавшую розовый круглый леденец.

Хозяйка хрустальной туфельки была так изящна, что казалось, может взлететь под потолок бального зала и закружиться, как белый кружевной мотылек.

В разговоре с принцем девица напускала туману. Она не ответила просто и прямо ни на один вопрос, представилась неразборчиво, томно улыбалась и загадочно поглядывала на него из-под ресниц. В угол — на нос — на предмет.


Вторая туфелька была из глянцевой белой кожи, с расшитыми бисером шелковыми лентами. Одна из лент была почти оторвана и держалась на паре ниток. Растоптанная и помятая, она напоминала поникший цветок кувшинки, а размер… Принц приложил туфельку к своей ноге — да, размер подходящий.

Принц задумчиво почесал нос. Его ступни были скромного, но достойного размера. Конечно, в этом смысле ему далеко было до лесоруба. Когда отпечатки сапог королевского лесоруба наполнялись талой водой, то напиться из них могло небольшое стадо оленей.

Вторая девушка, танцевавшая с принцем на вчерашнем балу, походила на созревший круглый плод, приготовленный для шоколадного фондю. Она так заливисто хохотала, что у него в груди екало и покалывало, как после скачек. В отличие от первой, она назвала свое имя четко и громко, но, к сожалению, оркестр грянул мазурку, заглушившую все остальные звуки.


Принц танцевал с ними по очереди, радуясь своему везению, и отлучался только для того, чтобы взять с подноса пару бокалов шампанского. В одну из таких отлучек часы пробили полночь, и обе девушки исчезли, не попрощавшись.

Принц обошел все залы, террасы и укромные уголки дворца, распугивая уединившиеся парочки, заглянул в королевскую оранжерею и на всякий случай даже зашел в курилку, примыкавшую к королевской библиотеке.

Наконец он выбежал на лестницу, ведущую к подъездным дорожкам, и в изнеможении присел на ступеньку. Туфельки лежали на ступеньках и блестели, как рыболовные блесны.

С того момента девушки не выходили у принца из головы. К утру его любопытство выросло до немыслимого размера. Ему хотелось пуститься на поиски и, как положено, заставить примерить туфельку всех незамужних девиц его небольшого королевства.

Вопрос заключался в том, какую из двух предложить для примерки.

Выбор между хрустальной и атласной туфелькой казался ему непосильным.

Принц засунул трофеи в карман домашней фланелевой куртки и отправился завтракать.

В столовой пахло тыквенной кашей. На королевской кухне варили кашу из гигантской тыквы, оставленной вчера на проезжей дороге, ведущей ко дворцу.

Его Величество король завтракал в совершенном одиночестве, читая анекдоты про самого себя. Время от времени он отрывался от газеты, чтобы подлить себе кофе или намазать маслом хорошо поджаренный тост.

— Папа, а ты не думал разрешить у нас многоженство?

Король поперхнулся кусочком тоста. Его Величество никогда не робел при звуках боевого рога, но шелковый шелест платья его супруги, заподозрившей его в чем-то подобном, мог заставить его вздрогнуть и побледнеть. Он уткнулся в свою газету, делая вид, что не услышал вопроса.

«Мне нужен кто-то, кто умеет узнать характер женщины по ее туфельке», — подумал принц. Именно таким опытным человеком слыл королевский сапожник, у которого обувались все придворные дамы. Через полчаса принц уже сидел в мастерской. Вдоль стен тянулись полки с длинными рядами туфель, ботинок и сапог всех цветов и фасонов. Сапожник курил трубку и пил сладкий портвейн по случаю воскресенья.

— Тонкая работа и утонченный вкус, — уважительно сказал сапожник, разглядывая хрустальную туфельку. — Стройная талия, хорошенькие ножки. Волосы светлые и голос звонкий.

Все это принц знал и сам.

— А какой у нее характер ?

Сапожник мог бы ответить, что характер капризный и заносчивый, поскольку туфельки из хрусталя не каждой принцессе по карману. Однако он не хотел разгневать его Высочество и рисковать местом, приносящим хороший доход. Он сделал вид, что разглядывает карамельную пуговку.

— Туфельку совсем недолго носили, трудно судить о девице.

Принц хмыкнул и вытащил свою вторую находку из кожи, с оторванной лентой и маленькими дырочками на подошве. Сапожник повертел ее в руках и еще раз приложился к своей трубке. Он не желал говорить, что девушка — неряха, испортившая дорогую и красивую вещь за два часа.

— Девица с пышными формами и темноволосая, бойкая на вид. Прошу прощения, эта слишком изношена.

Выйдя из мастерской, принц завернул на задний двор и увидел, как к дверям королевской кухни с грохотом подъехала телега, нагруженная яблоками.

На телеге сидела девушка, державшая на коленях корзинку с лесной морошкой. На ногах у нее были грубые деревянные башмаки. Он взглянул в ее глаза, синие, как полевые васильки. Если бы его учитель красноречия и хороших манер услышал такое сравнение, то ему бы стало стыдно за своего ученика. Полевые васильки! Не изысканные лилии или орхидеи, а какие-то невзрачные синие цветочки!


Васильковое наваждение заставило принца, вопреки здравому смыслу, обратиться к незнакомке с вопросом. Что может понимать деревенская замарашка в изысканный обуви?!

Девушка рассмотрела обе туфельки. Она могла бы честно сказать, что ее старшая сестра Амалия — высокомерная и холодная кривляка, которая занята лишь мыслями о нарядах и развлечениях. Ради изящной талии она никогда не ест досыта и вечно недовольна, раздражительна и сварлива. О том, что Амалия без ума от собственного голоса, и каждый день к ней приходит учитель пения. В этот час все домашние затыкают уши и разбегаются, потому что поет она нетерпимо фальшиво и громко.

Девушка в деревянных башмаках могла бы также поведать, что ее вторая сводная сестра, Ивонна, больше всего на свете любит командовать и спорить. В отличие от старшей, Ивонна съедает все сладкое в доме. Если вечером не запереть кладовку на замок, то к завтраку не останется ни ложечки меда, желе и варенья. В ее комнате все засыпано крошками печенья и шоколада, а вещи рвутся, потому что они намного меньше нужного ей размера! Но девушка была очень мудрой и доброй. Ей не хотелось выставлять своих старших сестер в дурном свете.

Она ласково смотрела на принца, и минута тянулась так долго, как самая длинная песня королевского менестреля. По правде говоря, за эту минуту вчерашние девушки почти что выветрились у принца из головы.

— Сложная загадка, сударь, — с улыбкой сказал девушка.— Не всякая туфелька скажет правду о хозяйке.

Принц посмотрел на ее деревянные башмаки.

— А какие туфли ты бы хотела для себя?

— Мне достаточно одной пары, сударь, — скромно ответила девушка. — Они удобные и носятся долго. По-настоящему я бы хотела иметь болотные сапоги. В моих башмаках не очень-то удобно ходить в лес в сырую погоду. Особенно, когда матушка велит мне собрать ягод на нашем болоте.

Девушка засмеялась, а вместе с ней засмеялся и принц. Мрачное настроение принца прошло, как будто его сдуло теплым весенним ветром.

— Как тебя зовут?

— Золушка, сударь. Вы не подержите эту корзинку? Мне нужно передать яблоки вашей кухарке.

Рута

Комментарии

Пока нет ни одного комментария

Оставить комментарий

Вы можете (в том числе через социальные сети) или оставить комментарий как гость.

Комментарии проверяются модератором. Их появление на сайте может занять некоторое время.

Ознакомлен и принимаю условия Соглашения

Похожие статьи

Мудрые истории

17592

Цыганское покрывало

2373